Вейонис родил мышь, или О неродившихся негражданах

Все-таки значение символического акта — остановить конвейер производства неграждан, автоматически признавая гражданами всех нерожденных еще детей двух неграждан – сильно девальвировалось за полтора года.

Во-первых, гора родила мышь. Да даже и не родил еще никто – ни депутаты закон, ни негражданки, соответственно, тех самых детей. А сама идея — стала рыбой второй свежести. Ведь изначально законопроект о приостановке конвейера производства неграждан презентовался почти как акт межэтнического примирения в канун 100-летия Латвии, как начало новой истории межэтнических отношений в стране.

Щеки по этому поводу надувались и тогда излишне: как-то неожиданно выяснилось, что жизнь ушла дальше — и неграждане не просили их спасать таким образом, а проблема безгражданства из романтической плоскости прав человека перешла в плоскость сугубо прагматическую, паспорт приравнивается теперь к проездному билету.
Но, во-вторых – и это самая большая беда! – за минувшие полтора года все изменилось лишь к худшему: новая реформа образования школ нацменьшинств, наступление на вузы с русским языком обучения, «красные линии» и прочие радости. Вот представьте, что на одной чаше весов у вас тоненький законопроект про детей-неграждан, а на другой – вот это все…

Символизм президентской инициативы утрачен. Образ самого президента померк, и это лишь подчеркивает несоответствие инициативы устроенной шумихе.

Кто теперь поверит в шаг навстречу? Даже если законопроект будет принят?

Точно не русскоязычные жители страны. Разве что это товар на экспорт: доложить союзникам о том, что сделаны шаги на пути к общественной интеграции. Нерожденные младенцы вырваны из загребущих лап Путина. Ура, товарищи!

А что? Идеологически упаковка – годная. Но все время мешают люди.

Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter.